Вопросы взаимосвязи украинской и балканской исторической песенной традиции в фольклористических студиях Ивана Франко. Ирина Мельничук

Мельничук Ирина Викторовна

кандидат филологических наук, 

доцент кафедры  украинской филологии 

Мариупольского государственного университета (Украина)

 

ВОПРОСЫ ВЗАИМОСВЯЗИ УКРАИНСКОЙ И БАЛКАНСКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПЕСЕННОЙ ТРАДИЦИИ В ФОЛЬКЛОРИСТИЧЕСКИХ СТУДИЯХ ИВАНА ФРАНКО

В статье рассматриваются вопросы, связанные с деятельностью Ивана Франко как ученого-фольклориста. Внимание акцентировано на тех работах исследователя, которые посвящены эпическому творчеству балканских народов, поиску генетических связей исторических песен южных славян с украинскими думами и историческими песнями.

Бесконечно одаренный, работоспособный, наделенный феноменальной памятью, Иван Франко до сих пор остается непревзойденным как собиратель, организатор и исследователь фольклорных записей, автор многих исследований, посвященных вопросам народного поэтического творчества, исполнитель и издатель фольклорных произведений. Спектр его фольклористической деятельности не ограничивался исследованием только песенного творчества. В многочисленных своих работах ученый выступает как знаток народных рассказов, народной апокрифической традиции, паремиографии и паремиологии.

Но наибольший интерес вызвал один из самых сложных в фольклористике вопросов – вопрос закономерности развития народного эпоса. Изучение героического эпоса и исторической песенности одного народа позволяет установить разнообразие жанров, связанных тематикой и поэтической образностью с событиями истории данного народа. Анализ этих жанров позволяет гипотетически установить этапы развития народного эпоса. В случае, когда исследования ограничиваются творчеством одного народа, гипотезы часто остаются недоказанными. Только историко-сравнительный анализ фольклора, обнаруживая одни и те же этапы развития поэтического творчества  разных народов, дает основание сделать выводы о закономерности появления, развития и отмирания тех или иных форм отражения действительности. Эпос славянских народов и стал для Франко благодатным материалом для выяснения процессов развития народного творчества и выяснения того, как усложнялась и изменялась образная система, поэтический язык искусства. Именно с его деятельностью связан новый этап в разработке вопроса связей украинского и южнославянского эпического творчества.

Особенно важным является вклад И.Франко в разработку методологических основ сравнительного изучения народного устнопоэтического  творчества, а также критика утверждений представителей так называемой исторической школы, которые считали, что в руках исследователя каждая эпическая песня является яркой иллюстрацией определенных исторических событий, деятельности конкретных лиц. Франко не отрицает той истины, что народная песня действительно является важным источником изучения культуры, истории народа, но к исследованиям ее следует привлекать не априорно, а с помощью подробного критического рассмотрения, анализа. Накопленные фольклорные материалы «представляют такую массу противоречий и сходств, оригинальных черт и оборотов или мотивов, общих различным, далеко друг от друга расположенным народам», что только их сравнительное изучение «открыло перед исследователями целый мир тайных духовных связей возрастных течений, влияний и взаимных отношений, до тех пор мало исследованных или даже не подозреваемых. Оказалось сразу, что в той «святой скрижали» не какой-то отдельный народ, а целые века самых воздействий и связей сложили свои крошки и это скорее большая геологическая залежь, где вперемешку хранятся в целости ли сохраненные, или до неузнаваемости разрушенные и произведения местной жизни, и тысячные странствующие памятники, занесенные морем и сушей, ветрами и волнами, и ледниками, ассимилированные в большей или меньшей степени, так что полностью размотать тот закрученный клубок в пределах одного края и народа невозможно без одновременного осуществления такой работы относительно всех народов нашей расы и даже других рас, с которыми нас история сводит. Осуществление такой огромной работы еще очень далеко – перед нами очерчиваются ее контуры, хотя большая масса исследователей неутомимо работает над ней»[7; с.54] Поэтому изучение украинского фольклора Франко не мыслил вне его сравнительного изучения с устной словесностью других народов мира, прежде всего – славянских.

Уже в одной из ранних работ – «Сербские народные думы и песни», которая является рецензией на сборник переводов на украинский язык сербских юнацких песен, изданную М.Старицким, исследователь замечает, что вся сила народной фантазии была направлена на то, чтобы возвеличить последние часы сербской свободы и героическую борьбу Сербии с нашествием турецких захватчиков. Величественное и глубоко задуманную картину представляет собой сербская песня «Косово поле», которая, по мнению Франко, сформирована позже и содержит  части более древних дум косовского цикла. Песню о Косовом поле Франко называет «Илиадой» сербов» [3; с.54]. Уже сам запев настраивает нас возвышенно, готовит к большой и глубоко трагической развязке:

Ой блискоче блискавка з Єдреня,

Грім гуркоче з Цареграда саме,

Громовиця на Косове паде,

Розгрімляє Неманича царство.

То не грім б’є блискавками з неба,

Ох, то турків грецький цар впускає 

З Медини у свою державу, 

Щоб від сербів боронити греків,

Воювати Неманича царство!

Тільки ж тяжко грек себе одурить,

 Одігірє в пазусі гадюку,

А гадюка їхнє царство згубить,

Їхню силу, їхню славу знищить!

Вражі турки взяли шлях-дорогу,

У державу Констянтина славну

Щоб боровся віки вічні місяць

З християнським православним миром!

 [3; с.55]

Как известно, в конце XIII века в северо-западной части Малоазийского полуострова, на территории бывшего государства турок-сельджуков образовалось небольшое владение во главе с воинственным князем Османом. Объединив под своей властью племена, глава теперь уже Османского государства принял титул султана.

Ведя боевые действия с Сербией и Болгарией, Византия нередко обращалась за помощью к османам. Лишь узкий пролив отделял турок от европейского берега, переправляясь через него, турки-османы стали совершать грабительские набеги на Балканский полуостров. Убедившись в слабости балканских стран, османы перешли от набегов к завоеваниям. Они захватили значительную часть византийских владений в Европе и перенесли свою столицу в город Адрианополь.

Сербские и болгарские князья пытались объединить свои силы, чтобы противостоять османской экспансии. Самым мощным из них был Лазарь Хреблянович, который подчинил большую часть Сербии. В 1382 году турки во главе с султаном Мурадом ІІ начали завоевание Сербского княжества, были взяты Цателица и Ниш. Привлекая силы феодалов Боснии, Венгрии, Болгарии и Албании, Лазарю удалось собрать армию, которая насчитывала около двадцати тысяч воинов, присоединились также небольшие отряды поляков и валахов.

Решающая битва состоялась 15 июня 1389 на Косовом поле близ города Приштины, и после целого дня кровопролития закончилась поражением войск Лазаря. В результате победы на Косовом поле османы достигли гегемонии на Балканах. Поражение же сербского войска ускорило и то, что венгерский король и болгарский царь отправили для поддержки незначительные силы, а Византийская империя на этот раз осталась в стороне от антитурецкой коалиции. После разгрома войска Лазаря все эти государства были сравнительно легко завоеваны турецкими султанами.

Следовательно, началом несчастья в песне видится то, что греки призвали турок в Европу, чтобы защититься от мощных сербов и других славян, ибо известно, что сербы, особенно их царь Стефан Душан, и болгары во главе с Симеоном часто воевали с греками и угрожали взять Царьград. Описание Косова поля в песне также поражает богатством поэтических сравнений и гипербол. Долго тянулась кровавая битва. Турки победили благодаря предательству царского зятя Вука Бранковича, убиты Лазарь, умирает Мурат. Милица ищет на поле тела мужа, отца Юга-Богдана и братьев, происходит погребение Лазаря. Печально заканчивается рассказ о великой битве.

Болгарский вариант описания Косовских событий уступает сербскому в художественности и величии изображения. Присутствуют в нем и сцена пира, и Милица также просит Лазаря оставить хоть одного брата, и погибает отважный Милош с собратьями, но нет пространных описаний поля боя, несметного турецкого войска, самой битвы. О поражении сербов Милица узнает от сокола, что «изтърсува едно бело писмо» и в подробностях – от незнакомого раненого юноши-воина, который принес горькую весть:

Наша войска вече да не питаш,

Наша войска кърви потопиа

И загина сръбски ми цар Лазар,

И загина Милош Кобиличин;

Проклет да е Юже Бранковиче,

Он предаде наше силна войска.

 [1; с.182]

Он предупреждает, что скоро турки придут и на Болгарскую землю «скоро, скоро турци че да дойда». Действительно, после Косовского поражения никто не мог сопротивляться наступлению турок на Балканском полуострове.

По мнению ученого, по форме и тону сербские песни больше напоминают былины великорусские – спокойствие, детальность описания, крайняя объективность, которая творит песню, лишая ее индивидуальной окраски. Но с другой стороны, учитывая содержание и историческое значение, сербские юнацкие песни очень отличаются от великорусских, и их скорее можно сравнить с украинскими казацкими думами. Как вывод Франко высказывает мысли о сходстве украинского и южнославянского эпоса, которые отличаются оригинальностью, смелостью, полемическим задором. Это сходство, по его мнению, объясняется условиями создания и бытования эпоса этих народов: сосредоточенность народной жизни на борьбе за свою веру, волю и народность, создания эпической песни во время походов во вражеский край, существование песен и дум как мощного воспитательного фактора, вливание в молодежь геройского духа, которым жили родители.

Труд «Студии над украинскими народными песнями» и сегодня представляет обстоятельное исследование источников и связей украинского и южнославянского эпоса. Начальные разделы «Студий...», где дается анализ двадцати пяти песен, хронологически относящихся к XV-XVI вв., логически продолжают сравнительный анализ и изучение генезиса украинских песен, начатое в комментариях к «Историческим песням малорусского народа» Драгоманова. Древнейший цикл украинских песен, как считает Франко, можно было бы назвать циклом песен о турках. Исследователь относит к нему песню о смерти королевича в битве с турками, песню о Стефане-воеводе и об Иване и Марьяне. Песню о смерти королевича в битве с турками можно считать древнейшей памяткой битвы под Варной 1444 г. В той битве, кроме польских и русских воинов, участвовали венгры, сербы и болгары. Последних, правда, было немного, потому что этот район обезлюдел в результате турецкой колонизации, под которую попал первым. Поэтому эту битву не без основания называли попыткой всеславянского военного похода против турок. Важно, что весть о смерти «сына крилевського» подается по слухам, от какого-то человека «из-за Дуная», что свидетельствует о путешествиях по Украине сербских и болгарских певцов, которые приносили в этот край песни и политические новости. Анализируя песню об Иване и Марьяне, Франко отмечает, что некоторые подробности быта в песне определенно указывают на XV-XVI вв., когда те черты еще соответствовали действительности, особенно на южных и восточных территориях, находившихся поблизости турецко-татарских границ. Но в песне присутствуют и такие подробности, что никогда не отвечали украинской исторической действительности. Турчин приезжает к Ивану как знакомый к знакомому, или, точнее, как господин к подчиненному. Он хочет купить женщину, которая ему понравилась, и только в том случае, если Иван не согласится, угрожает расправой. Это наводит на мысль об отношениях в завоеванном крае, где турки – господа и имеют право обращаться с христианами так, как им заблагорассудится. Такие отношения были характерны для Сербии и Болгарии XV-XVIІІ ст. Итак, основа этой песни возникла не на украинской почве, а была занесена из южнославянских земель странствующими певцами. Обращает внимание ученый и на ряд песен-баллад с турецкими мотивами: муж наказывает жену за измену с турчином, отец продает дочь турчину, брат продает сестру турчину, турок покупает сестру пленницу, теща в плену у зятя. С присущей ему научной скрупулезностью Франко ищет генетические истоки этих песен и доказывает, что судя по общественным отношениями между героями, логике событий, частично – поэтике, источником этих баллад является южнославянские песни, «занесены к нам сербо-болгарскими певцами и музыкантами и здесь трансформированы на основании нашей народной жизни» [4; с.80]

И в других фольклористических работах при сопоставлении украинского и южнославянского фольклора И.Франко исходит из наличия в прошлом широких связей между носителями эпических традиций Украины и славянского Юга. Немало песен, по его мнению, были занесены в Украину сербскими и болгарскими «захожими певцами, о гостевании которых в нашем крае есть немало письменных свидетельств с XV и XVII в.» [4; с.62] Франко, как и М. Драгоманов, ищет украинско-южнославянские песенные параллели и связи почти исключительно в жанре исторической баллады, но не отрицает этих связей и в других жанрах.

Но влияние балканского фольклора не ограничивается только сходством тем, мотивов, сюжетов и образной системы. Присутствует сходство и в ритмическом построении: размер песни о Стефане-воеводе - 12-сложный стих с цезурой [6 +6] – популярный сербский стихотворный размер, песня про Байду первоначально также была составлена таким же трохеичным размером, как и группа песен о турецкой неволе, т.е. была отмечена влиянием балканской поэтического творчества.

Заслуживает пристального внимания, как считает Франко, и факт бытования в Сербии коломыйкового размера, ведь коломыйка, «ритмически  и есть сама сербский юнацкая песня, только расширенная в первой половине» Наличие у сербов мелодий карпатских коломыек, а на Украине – размера сербских песен со всей наглядностью показывает, «что это сходство не является случайным и стоило бы найти его источники» [6; с.16].

В исследовании о поэтике коломыек Франко не раз ставит этот вопрос. Генезу украинской частушки он ищет в 10-сложном стихе казацких песен лирико-эпического содержания, а сербских и болгарских – в их эпических песнях, созданных этим же 10-сложным размером. Несмотря на то, что такой размер на Украине, помимо многих исторических песен, имеют и колядки, а на Балканах – большинство жанров песенного фольклора, – «должны предположить существование общего источника поэтического творчества у разных славянских племен, которое в разное время провоцирует появление песен различного содержания с одинаковым размером» [2; с.99]. Таким образом, содержание этих песен И.Франко трактует как автохтонное явление в фольклоре южных и восточных славян, а их форму – как общее достояние этих народов, которое исходит еще из праславянской общности. В этом исследовании Франко вплотную подходит к объяснению генетических связей и истоков устнопоэтического творчества восточных и южных славян, которые проявились в широком бытовании в них песен с 10-сложным стихом и коломыйковой форме.

И.Франко был одним из первых, кто откликнулся на статью М.Дашкевича о связи украинских дум и сербских юнацких песен. Он считал ее интересной и полезной для систематизации материалов, свидетельствующих о пребывании в Украине сербских «колонистов, солдат, гайдуков, музыкантов и певцов», которые, очевидно, занесли на Украину прототип бандуры. Но в разработке основной проблемы статья М.Дашкевича не дает никакого основания к утверждению о том или ином  влиянии сербских или болгарских народных песен на содержание и форму украинских дум. Но это еще не означает, по мнению Франко, что такого влияния не существовало вовсе, его еще нужно искать путем детального сравнения. Сопоставив записанную на Покутье песню об Иване и Марьяне с сербской песней о Груе  Новаке, ученый делает выводы о взаимовлиянии украинских и южнославянских устнопоетических произведений, который сказался, прежде всего, на песенном жанре и в меньшей степени – на думах.

Студии ученого убеждают, что при всей самобытности фольклор украинских и южнославянских народов сохранил наличие генетических, историко-культурных связей и не полностью проявившееся типологическое сходство. Выявление И.Франко таких общностей помогает понять духовную близость славянских народов, которая берет начало с общеславянского общности, длится на протяжении веков, помогает лучшему осмыслению устной поэзии каждого народа в отдельности.

Литература 

  1. Българско народно творчество в 12 т. Т.3 Исторические песни / ред Хр. Вакарелски.- София: Български писател, 1961. – 671с.
  2. Франко І. До історії коломийкового розміру // Вибрані статті про народну творчість.- К., 1955.- С.99-101.
  3. Франко І. Сербські народні думи та пісні //Там само.- Т.26.- К: Наук.думк., 1980. – С.51-60.
  4. Франко І. Студії над українськими народними піснями // Там само. - Т. 42. - К: Наук.думк., 1984.- 597 с.
  5. Франко І. Студії над українськими народними піснями //Там само. - Т. 43. - К: Наук.думк., 1984.- 590 с.
  6. Франко І. Українська пісня в Сербії //  Там само. - Т. 32. - К: Наук.думк., 1981.- С.16-18.
  7. Франко І. Як виникають пісні? // Вибрані статті про народну творчість.- К., 1955.- С.53.
© 2012-2019 VIA EVRASIA Все права защищены. site by: Св. Мирчева almanach "via evrasia", issn 1314-6645